?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Flag Next Entry
Космическая мыльная опера. ч. 0. История
swgold

все картинки кликабельны



00-01.jpg



Космическая мыльная опера



00-01a.jpg


1.1. «Бип-бип Ричи!»


         Ровно 61 год назад, утром 4-го октября 1957 года в доме Хайнлайна зазвонил телефон. Местная газета Колорадо-Спрингс хотела, чтобы известный писатель-фантаст рассказал, что он думает о Спутнике («Вы знаете, что Советы сегодня запустили… эээ… Sputnik?»). Писатель охотно поделился своими мыслями с репортёром. Голосом, полным яда и горечи, он объяснил, «что если русские сумели поднять этот груз на стабильную орбиту, то весьма вероятно, что они могут в любой момент ударить боеголовкой в любую точку на территории Соединённых Штатов». Примерно в то же самое время инженер компании «Мартин-Мариетта» (компания разрабатывала новые виды вооружений, позднее объединилась с «Локхид») Джордж Гарри Стайн примерно то же самое объяснял репортёру «Юнайтед Пресс». У Стайна с Хайнлайном было много общего – они оба жили в Колорадо-Спрингс, оба писали подростковую фантастику, оба активно убеждали политиков и генералов в необходимости развёртывания космических программ. Вот только Хайнлайна поблагодарили за интервью, а Стайна за интервью в два счёта вышибли из компании – и Боб месяц обзванивал знакомых, пытаясь устроить на работу опального инженера. Свой только что написанный «скрибнеровский» роман он посвятил Гарри и его жене Барбаре.


         Впрочем, сам роман появился ещё до Спутника, на исходе лета 1957 года, когда горизонты не омрачала ни одна тучка. И чтобы лучше понять фундамент, на котором возник роман «Есть скафандр – готов путешествовать», стоит обратить внимание на то, что ему предшествовало. Даже исключая Спутник, 1957 год был во многом переломным. Роман «Гражданин Галактики» завершил Историю Будущего в её детской интерпретации – человечество освоило изрядный регион Галактики. Фоном дальнейших событий могли послужить разве что столкновения с Галактическим Императором, социальные потрясения, закат цивилизации, Армагеддон, пробуждение древних богов или ещё какие-нибудь неприятности, которым, по стандартам 50-х, было не место в детской литературе. Таким образом, сиквелы исключались, приквелы тоже – реальный прогресс практически догнал линейку «скрибнеровских» романов. Хайнлайну оставалось только одно – зайти на второй круг и пройтись по уже рассказанной истории. Правда, сделать это было нелегко. Заниматься самоповторами или писать продолжения? Нет, Хайнлайну это претило. Кроме того, ему уже давно было тесно в узких рамках детской тематики и цензурных ограничений. Но скепсис, поселившийся в его душе, позволял ему творчески переработать исходный материал и радикально сменить ракурс. Примерно тем же самым занимаются детские писатели, когда их уже тошнит от сюсюканий – они расслабляются тем, что пишут злые пародии сами на себя. Многие вещи, написанные после 1957 года, можно трактовать как ироническое переосмысление Хайнлайном прежнего материала – сопоставьте «Скафандр», где героя за шиворот тащат на Луну (причина: рэкет и киднэппинг), и «Галилея», где отважные подростки строят собственную ракету, чтобы достичь Луны самостоятельно (во имя мира и прогресса). Или сопоставьте космических десантников, несущих смерть и разрушение чужакам, с высокоморальными кадетами Космического Патруля, оберегающими мир во всём мире и дружбу человечества с амфибиями Венеры. На двойной хронологической шкале литературно-логарифмической линейки Хайнлайна «Марсианке Подкейн» соответствует «Красная планета» (или, возможно, «Между планетами») – их бескомпромиссные революции и честные гражданские войны трансформируются под ироническим прищуром писателя в грязные политические игры. При желании список можно дополнить другими парочками: «Детей Мафусаила» сопоставить с «Достаточно времени для любви», «Чужака» с… Нет, хватит, так можно далеко зайти. Я думаю, на досуге вы сами можете поиграть с этой идеей и продолжить список. А мы вернёмся к «Скафандру», написанному как раз в поворотный момент.


         В поисках темы для новой книги Хайнлайн перебирал свои записные книжки, но один из персонажей ворвался в роман прямиком из соседнего дома. Их соседи, Арт и Лаки Херцбергеры, однажды оставили свою дочь Барбару под присмотром Вирджинии на весь уикенд, а по возвращению обнаружили, что девочка научилась читать. Херцбергеры сердечно благодарили Хайнлайнов, но их заслуга была нулевой: Вирджиния просто усадила девочку в кресло с книжкой, и та с ходу начала читать. Возможно, этим событием мы обязаны появлению на свет вундеркинда Пиви, ещё одной хайнлайновской Женщины, Которая во всём Разбирается Лучше Мужчин.


         Этот случай, видимо, пробудил у Хайнлайна интерес к системе преподавания вообще – почему усилия педагогов, обучавших Барбару, до сего дня не давали результата? (Немного наивно звучит, как мне кажется. Возможно, Боб забыл, как сам преодолел этот барьер и чьи это были заслуги). Но помимо Барбары у Хайнлайна были племянники и племянницы, дети друзей и переписка с читателями. Надо сказать, в 50-х американские школьники беззастенчиво просили писателя в своих письмах подарить книжку, проверить сочинение или помочь со школьным проектом, а также задавали вопросы… К концу 50-х Хайнлайн обрёл устойчивый скепсис по отношению к уровню образования в американских школах. Чаша переполнилась однажды, когда Хайнлайн искал в газетном киоске свежий номер «Scientific American», но не нашёл, зато обнаружил двадцать астрологических еженедельников. Это позволило ему написать пару абзацев брюзжания по поводу школьных учебников и школьной программы и задало установку на образ героев: они должны быть образованными. Вопреки системе, вопреки учебникам.


         Не следует забывать и об иронической переработке прежнего материала. Весь свой яд (строго отмеренная нелетальная порция) и весь свой скепсис по поводу уровня школьного образования, налоговой системы США, международной политики, жизни, Вселенной и всего прочего Хайнлайн вложил в уста очень своеобразных родителей главных героев. Сам главный герой остался неизменным. Кип – стандартный бойскаут, с бойцовским характером и высокой моральной планкой, но с немного урезанными интеллектуальными достоинствами, ведь он должен был оттенять Пиви. Пиви – опять же типичная ювенильная девушка Хайнлайна, которая на голову выше главного героя, но в этом сезоне ей досталось немного больше экранного времени и она использует его, чтобы демонстрировать превосходство над своим партнёром. Партнёр же, традиционно бредит космосом, читал Шекспира и знает физику с астрономией. И он, конечно же, хотел бы побывать на Луне – вот только вместо атомной ракеты, построенной в гараже, ему пришлось выигрывать конкурс на лучший слоган в мыльной рекламной кампании. Правда, чуда не произошло – конкурс выиграл тот, кто должен был выиграть, а пареньку – обломись, мечта – достался списанный лунный скафандр.



1.2. О скафандрах


         Откуда в романе взялся скафандр? Я думаю, у него, как минимум, три-четыре источника: во-первых, тема была знакома Бобу со времен работы в секретной авиационной лаборатории ВМФ, ей занимался Спрэг де Камп, но они постоянно пересекались если не по службе, то в столовой. Затем эти знания пригодились во время съёмок фильма «Цель – Луна», где Хайнлайн участвовал в разработке бутафорского лунного скафандра (задача оказалась непростой, и первый прототип мало отличался от реального изделия).



00-02.jpg00-03.jpg
Фото со съёмочной площадки журнала «LIFE»



         И, конечно же, скафандры глядели на читателей со всех обложек журналов – фантастических и научно-популярных. Хотя разработки по программе «Меркурий» начались только в 1958 году, первые скафандры появились гораздо раньше. Например, разработанный в 1956 году International Latex Corporation по заказу ВМФ и Авиации США скафандр высокого давления с подвижными конечностями – растиражированная художниками-иллюстраторами «гармошка»:



00-04.jpg



         Руки выглядят странно, потому что этот прототип изготовили без перчаток – слишком непростая задачка оказалась.


         Или более ранний скафандр инженера Рассела Колли XH-5 «Tomato Worm Suit» образца 1943 года:



00-05.jpg



         А ещё скафандр обязан своим появлением одну давнему эпизоду в бухте острова Санта-Каталина, где Боб во время неудачного погружения внезапно испытал нечто подобное ощущениям астронавта, задыхающегося в собственном скафандре. Эта история описана в главе «Опус № 67».



10 августа 1948: Роберт Э. Хайнлайн – Вирджинии Герстенфельд


    …меня это настолько напугало, что я не собираюсь просто так вставлять этот эпизод в какой-нибудь рассказик. Это – подлинный материал, который стоит тысячу долларов.



         Похоже, время этого материала, наконец-то пришло.



00-06.jpg


1.3. Монстры в мантиях


         Ещё одна важная деталь романа – Межгалактический Трибунал. Надо сказать, отношение Хайнлайна к судебным процессам всегда было отрицательным. Он чётко понимал разницу между понятиями «юридически-обоснованный» и «справедливый». В своих социальных конструкциях он рассматривал, как правило, самые радикальные альтернативы судебной системе – где-то граждане устраивают адвокатам Варфоломеевскую ночь, где-то правосудие заменяет суд Линча, где-то используют язык, на котором невозможно врать, и необходимость в юридической системе отпадает и т.п. Вспомните суды, описанные в «Звёздном звере», «Космических Стоунах» или в «Гражданине Галактики». Первый по формальному основанию санкционирует убийство разумного существа, второй выполняет функции государственного рэкета, третий становится ареной для махинаций и крючкотворства вокруг очевидного вопроса. Все описанные суды – неправедные, и если они принимают справедливое решение, то это происходит не благодаря, а вопреки системе, которую они представляют. Ничем не отличается в этом отношении и Межгалактический Трибунал в «Скафандре» – это очередной несправедливый суд, который судит по формальным основаниям. Вот только на кону здесь не судьба отдельных индивидуумов, а само существование целых цивилизаций. Нет, Хайнлайн не видел в Трибунале никакого аналога Сената США, отправлявшего бомбардировщики сжечь деревни «гуков» или Совбеза ООН, отправлявшего голубые каски подавлять национальные восстания. Всё это случилось позже. Но Хайнлайн предвидел возможность появления надгосударственной структуры, обладающей полномочиями и силой для принятия глобальных решений, вплоть до геноцида отдельных наций. Ведь это было его собственное изобретение – его Космический Патруль, разросшийся до галактических масштабов и растерявший по дороге нравственную основу. Друг и исследователь Хайнлайна Лео Стовер видит в Трибунале образ некоей силы, социалистической тенденции, которая противостоит предприимчивому индивидуализму. «Упёртые монстры социалистической логики», стремящиеся к обезличенной «социальной справедливости» на галактическом уровне, разумеется, не могут вынести землянам, полным «дикой» нонконформистской энергии, никакого иного приговора, кроме геноцида. Мне представляется, что это противостояние отчасти отражает европейский путь vs «American Way».


         Что касается методов, которыми действуют галактические социалисты, то здесь особенно интересна идея временного среза цивилизации. Гениальная идея, которая при правильном применении могла бы давать очень важные результаты. Для Трибунала это стандартный инструмент, однако, применяют его настолько негодным образом, что полученные с его помощью результаты бессмысленны. Тестировщики грубо ошибаются с временной шкалой и игнорируют территориальную разделённость древних цивилизаций. Поэтому вместо временного среза они получают набор случайных шумов. И эта неудача должна была лишний раз подчеркнуть формальный неправедный характер галактического судилища. На самом деле в этом эпизоде любопытнее другое – был ли Хайнлайн первооткрывателем? Трибуналы в фантастике 30-50-х годов попадались часто, проснувшиеся боги и пришельцы регулярно приговаривали Землю к уничтожению, это стало общим местом, но вот временной срез, когда в одном месте собирают людей из разных эпох, встречается редко.



00-06a.jpg



         Пожалуй, эту тему чаще эксплуатировали после Золотого Века. Сразу вспоминаются «Сторож брату моему» В. Михайлова, памфлет «Клочья тьмы на игле времени» М. Емцева и Е. Парнова и, конечно же, «Мир реки» Ф.Фармера. Но это всё более поздние вещи. А вот до 1957 года был написан «Патруль времени» Пола Андерсона, самая первая новелла цикла, которую Энтони Бучер напечатал в «Fantasy and Science Fiction» в 1955-м. Разумеется, Хайнлайн прочитал повесть своего друга, и, возможно, образ Академии в Олигоцене, где собрались представители разных столетий, натолкнул его на мысль о таком своеобразном выборе ответчиков для Трибунала. Андерсон, кстати, особо подчеркнул, что набирать рекрутов из глубины веков бессмысленно: «…Был тут у нас один римлянин времен Цезаря – толковый малый, но у него никак не укладывалось в голове, что машину нельзя понукать, как лошадь…» – именно эту ошибку и совершает Трибунал, извлекая из прошлого легионера с неандертальцем. Правда, у Андерсона неандертальцев в Академию не приглашали. Зато древний человек был в одном примечательном, очень старом рассказе о суде, куда пригласили представителей всех времён и народов. Это рассказ Герберта Уэллса «Видение Страшного Суда»:


         «Обратите внимание на этого парня, прямо перед нами, он с ног до головы оброс волосами. Это, видите ли, человек каменного века».


         Не думаю, что Хайнлайн мог бы проигнорировать ассоциацию Трибунала Конфедерации Трёх галактик со Страшным Судом. В обоих случаях судили человечество – судили его пороки. Естественно, ответом на такое мог быть только хайнлайновский клич: «бей чужаков!»:


         «Черт с вами, забирайте нашу звезду – вы ведь на это способны. На здоровье! Мы сделаем себе новую звезду, сами! А потом в один прекрасный день вернёмся в ваш мир и загоним вас в угол – всех до одного!»


         Не правда ли, весьма смахивает на:


         «Держитесь, кукловоды – свободные люди летят по вашу душу!


         Смерть и разрушение!»


         Правда, в отличие от «Кукловодов», на этот раз угроза исходит не от спецагента, отправляющегося в карательную экспедицию и имеющего средства выполнить свои обещания, а от бессильного подростка, столкнувшегося с чудовищной машиной, на многие порядки превосходящей все возможности земной цивилизации. И это – тоже один из примеров иронического переосмысления прежнего материала.



1.4. Кое-что не меняется никогда


         И всё же, несмотря на творческую переработку, Хайнлайн по-прежнему оставался в рамках научной фантастики. И прежняя технология работы никуда не делась – он не мог писать о том, чего не знал. Поэтому Боб и Джинни снова расстелили по столу миллиметровки, вооружились блокнотами и логарифмическими линейками и принялись изучать предметную базу: каков запас кислорода в скафандре? А если без баллонов? Сколько длится перелёт на Плутон? Какая там температура? Сколько времени нужно, чтобы заморозить человека?


         Расчёты велись супругами параллельно, и вновь (уже который раз) вариант Вирджинии оказался ближе к истине – но теперь арифметика была ни при чём. Просто Джинни пользовалась справочником химика, а Хайнлайн – справочником инженера, в котором были ошибки в формуле. Работу над романом немедленно прервали: Боб написал редактору справочника письмо, и ошибку исправили в следующем издании. Этот эпизод он, естественно, включил в книгу.


         Ещё одним вкладом Джинни были ноты, изображающие звуки, которыми изъяснялась Мамми. К сожалению, в русских изданиях их часто заменяли словесным описанием или вообще пропускали, и последнее издание от «Азбуки» не стало исключением. По-моему, авторский вариант с нотами есть только в «Отцах-основателях». Лайфхак: скачайте этот вариант перевода с Флибусты и вставьте ноты в одну из учебных онлайн-программ со звучанием пианино. Вирджиния под руководством мужа подбирала звуки так, чтобы они даже отдалённо не напоминали человеческую речь. Думаю, это стоит разок послушать.


         Книга была закончена 30 августа 1957 года. Хайнлайны тут же отправились в путешествие – в планах была Индия, Тадж-Махал и Дальний Восток. Алиса Далглиш, редактор издательства «Scribner’s», поначалу была в восторге от книги:



6 декабря 1957: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну


         «Scribner» в восторге от книги.



         Но затем началась обычная тягомотина с исправлениями. В частности, Алиса просила Боба смягчить сцену, в которой Кип разбивает череп червелицему пришельцу. Писатель был, мягко говоря, не в настроении, когда сел писать ответ. Во-первых, корабль, на котором он плыл по Тихому океану, несколько дней трепал тропический шторм, и Хайнлайн спасался от морской болезни лошадиными дозами «Bonamine», а во-вторых, в октябре 1957 года случилось страшное – СССР запустил на орбиту искусственный спутник Земли.



24 декабря 1957: Роберт Э. Хайнлайн – Алисе Далглиш


         Сегодня над Соединенными Штатами нависла величайшая за всю историю существования угроза, и я не уверен, что у нас есть шансы просто выжить, как нации, в течение следующих пяти лет. Я убежден, что наше нынешнее чудовищное положение в значительной степени заслуга изнеженных дамочек обоих полов, благодушных созданий, у которых кишка тонка, которые боятся сражений больше, чем рабства. Этот мальчик сражается голыми руками против по-настоящему злобного существа, сражается не только за свою жизнь, но и за жизнь юной девушки своего вида. Он сражается, исполненный ужаса и чисто физического отвращения, но он сражается, он – настоящий герой.


         Я не хочу превращать эту сцену в картон. Это было бы нечестно. Алиса, времени осталось очень мало, возможно, мы уже всё потеряли, и на этот раз я не хочу превращать битву в манную кашку.



         Однако, на этом разговор не закончился. Роман уже пошёл в верстку, а Алиса Далглиш продолжала наседать на Хайнлайна, чтобы он смягчил финальную сцену, где Кип плеснул коктейлем в рожу своему оппоненту. Боб посоветовался с Джинни – она сказала ему, что это отличная концовка, которая подчёркивает возмужание героя «самым живописным образом из всех возможных».



1.5. История с названием


         Название романа по странному стечению обстоятельств перекликалось с названием телесериала «Have Gun – Will Travel», который в 1957 году стартовал на канале CBS.



00-07.jpg



         Никакой связи между детской книгой и крутым вестерном на самом деле, конечно же, не было – Хайнлайн просто использовал созвучное название популярного сериала в качестве дополнительного средства продвижения своей книги. Но само название он взял, естественно, не из сериала. Его первоисточник звучал как «Have tux, will travel» (Имею смокинг, готов путешествовать) – под этим названием в 1954 году выходила биография комика Боба Хоупа.



00-08.jpg



         А название книги Хоупа, в свою очередь, прямо заимствовано из газетных объявлений, которые давали артисты-фрилансеры. «Имею смокинг, готов путешествовать» означало, что они готовы поучаствовать в гастролях или какой-нибудь халтурке со своим реквизитом и репертуаром, и всё, что им нужно – только приглашение.


         Что необычного в этом названии? В нём есть ирония. Даже целая прорва иронии, если вспомнить, что этот слоган придумал в качестве дразнилки не самый приятный персонаж романа. Тем самым Хайнлайн то ли предвосхищает дальнейшую девальвацию образов Золотого века научной фантастики, которая произойдёт в 70-х, то ли вспоминает реалии 20-30-х, когда фантастика была уделом лузеров. Стоит добавить, что тот же персонаж презрительно называет Кипа «космическим кадетом». Можно считать это самопародией, поскольку «космического кадета» в массы запустил сам Боб своим вторым «скрибнеровским» романом. О трансформации смысла «кадета» в массовом сознании я писал в соответствующей главе. Здесь, как мне кажется, Хайнлайн несколько опережает историю, но это совершенно отчётливая издёвка. Однако, потребовался ещё десяток лет, чтобы в персональной вселенной писателя скафандры окончательно утратили романтический ореол, а ракеты превратились в тыквы.



1.6. Три урожая с одной делянки


         Не могу не упомянуть об этом. К моменту выхода последней книги в «Scribner’s», Хайнлайн с Блассингэймом настолько наловчились извлекать доход из детской литературы, что они старались продать один и тот же роман трижды – в виде книги своему издателю, в сокращённом варианте для журнальной публикации в один из американских журналов, и этот же вариант – для публикации в Великобритании. Правда, на этот раз англичане выпали из обоймы – но их отсутствие скомпенсировали французский и итальянский журналы.



00-09.jpg


1.7. Признание


         Критика встретила роман довольно благожелательно, однако ни одной фантастической награды он не получил. В 1958 году на премии «Хьюго» его обошёл «Дело совести» Д.Блиша, в 1998 году «Локус» не включил его в список лучших романов – его получила «Дюна», а «Скафандр» оказался на неутешительном 48 месте. Ретроспективная премия Британской Ассоциации Научной Фантастики в 2008 году предпочла ему «Non-Stop» Б.Олдисса. Однако одну награду роман всё же получил. Это была премия Библиотечной Ассоциации Оклахомы, «The Sequoyah Book Award» – «Книжная Премия Секвойя». В данном случае «Секвойя» – не название дерева, а имя индейца чероки, который создал алфавит для записи слов родной речи. Премия была учреждена в1959 году и присуждалась за достижения в области детской литературы. Собственно премия – это здоровенная деревянная доска, которую вы видите наверху. Награждение состоялось в г. Альва, штат Оклахома, 29 апреля 1961 г. Добираться машиной или общественным транспортом было далеко и долго, кроме того Хайнлайн счёл, что его личное время стоит куда дороже – и нанял самолёт. Это был красивый жест. «Scribner’s», с которым Хайнлайн к этому моменту порвал все отношения, предложил оплатить поездку, но Боб гордо отказался.



         «…я предпочёл не иметь перед ними обязательств, пока они продолжают давить на меня, чтобы я оставил «Putnam» и вернулся в «Scribner». Во всяком случае, это стоило меньше чем две поездки туда и обратно коммерческим рейсом и существенно меньше, чем на машине – кроме того, за это положен налоговый вычет. Во всяком случае, прибытие частным самолётом, хорошо дополнило представление…»



         Ещё одной похвалы роман удостоился от писателя и критика Алекса Паншина. Алекс назвал «Скафандр» «одной из лучших историй» и заявил, что этот роман идеально подходит в качестве первой книги, которую можно рекомендовать неофиту, ещё не знакомому с научной фантастикой, это роман, «в котором уникальные достоинства научной фантастики скомбинированы с понятным, привлекательным, интересным сюжетом». Хайнлайн, который терпеть не мог Паншина, вряд ли обрадовался похвале из уст этого критика. Но то же самое, слово в слово повторил Роберт Джеймс



1.8. И прочая мультимедия


         В 2010 году стартрековский сценарист Гарри Клюр написал по «Скафандру» сценарий и некоторое время вокруг него продолжалась какая-то активность, но потом всё предсказуемо затихло. Возможно, к лучшему – я уже видел, что можно сделать с «Красной планетой», нет спасибо, у меня в голове картинки лучше. А ещё одна попытка вдохнуть в «Скафандр» новую жизнь совершилось не так давно. Команда, сделавшая комикс по «Гражданину Галактики», собралась адаптировать «Скафандр». Кое-какие концепты этого проекта просочились в сеть.


         Заставка проекта на краудфандинге:



00-10.jpg
Художник Steve Erwin



    …которая плавно превратилась в обложку:



00-11.jpg
Художник Steve Erwin



         Реклама мыльной акции:



00-12.jpg
Художник Steve Erwin



         Пиви (она же Чибис):



00-13.jpg
Художник Steve Erwin



         И Мамми:



00-14.jpg
Художник Steve Erwin



         Парочка фонов с летающими тарелками:



00-15.jpg00-16.jpg
Художник Steve Erwin



         И скафандрами:



00-17.jpg
Художник Steve Erwin



         А это… ну, в общем Червелицый. Частично, видимо:



00-18.jpg
Художник Steve Erwin



         Из него потом сделали обложку хардковера:



00-19.jpg
Художник Steve Erwin



         Комикс завершили ударными темпами – за три года, в июле 2018, и теперь он мееееедленно ползёт из студии в типографию. Вообще, этот проект по созданию комиксов как-то сильно замедлился. Я помню планов громадьё (пара десятков книжек, не меньше), заявки в режиме «вот прям щас» на «Луну – суровую хозяйку» и «Дорогу Славы», но на выходе по-прежнему один «Гражданин Галактики».


         Ещё одной, довольно ностальгической попыткой вспомнить роман стал одноимённый проект Фонда Хайнлайна «Have Spacesuit – Will Travel» в образовательной сфере – они собирались использовать реальный скафандр проекта «Аполлон» в качестве «переходящего красного знамени» для особо отличившихся школ.


         А наиболее весомой (или, наоборот, невесомой) данью уважения истории Кипа и Пиви невольно стал OSCAR-54. Вообще, «Оскар» - это Orbiting Satellite Carrying Amateur Radio. Первый спутник с таким индексом запустили 12.12.1961 года как дополнительную нагрузку на носителе «Тор-Аджена». Это был первый частный спутник, запущенный в интересах радиолюбителей. Это был просто десятикилограммовый радиопередатчик, который на волне 144,983 МГц нёс радиолюбителям вот такое послание: «Бип-бип-бип-бип, бип-бип!» OSCAR-54 отличался от OSCAR-1 несколькими существенными деталями: на этот раз радиопередатчик прикрутили на шлем списанного скафандра «Орлан», остальное запихали внутрь, и 03.02.2006 года его вытолкали из МКС в космос.



00-20.jpg
Фото с МКС



00-21.jpg
Фото с МКС



         «Оскар» поплыл по орбите, растопырив руки и ноги, поблёскивая шлемом, посылая в пространство сигналы, а кто-то на Земле, затаив дыхание, крутил ручки настройки и слышал сквозь шум помех его добродушное ворчание (ну ладно, там были радостные голоса школьников и организаторов проекта). Через пару орбит у него сели батарейки и «Оскар» замолчал. А осенью он вошёл в атмосферу над Индийским океаном и сгорел.


         Такие дела.


         Бип-бип Ричи!


         Ну а теперь можно перейти к главной теме, в смысле, к картинкам. Нет, не тем картинкам. В общем, сами увидите.



00-22.jpg
Художник Michal Lisowski.



Продолжение следует



.

Часть 0. История- You are here

Часть 1. Бегущий человек Эмшвиллера

Часть 2. Очень одинокий скафандр

Часть 3. Кип, Пиви и разные чудовища

Часть 4. Неопознанная летающая посуда

Часть 5. Пустолазные костюмы. Крошечка-хаврошечка и Майский жук

Часть 5. Пустолазные костюмы. Полёт «Чибиса»

.




обзор по "Марсианке Подкейн"

обзор по "Кукловодам"

обзор по "Двойной звезде"

обзор по "Двери в лето"

обзор по "Звёздному зверю"

обзор по "Беспокойным Стоунам"

обзор по "Между планетами"


обзор по "Гражданину Галактики"

обзор по "Туннелю в небе"

обзор по "Астронавту Джонсу"

обзор по "Ракетному кораблю "Галилей"

обзор по "Пасынкам Вселенной"

обзор по "Космическому кадету"

обзор по "Красной планете"


обзор по "Фрайди" и "Бездне"

обзор по "Времени для звёзд"

обзор по "Фермеру в небе", "Новичку в космосе" и "На Луне ничего не случается"

обзор по "Имею скафандр - готов путешествовать"


 

Полный список статей см. по ссылке



  • 1
Давно ждала ваш обзор на это произведение. Одна из двух моих любимых книг у Хайнлайна. И ведь насколько интересно читать, когда автор действительно разобрался в устройстве и каждую деталь с любовью выписал.

Это да. Между погружением в предмет и телевизионным знакомством разница бывает очень заметной. Собственно, одна из базовых тем "Скафандра" - это посыл читателям: "к чорту учебники, изучайте предмет", и он специально подкрутил сценарий, чтобы предметные знания оказались востребованы. Но из-за этого, отчасти, роман заметно архаичен, потому что эпоха домашних мастерских в гараже, где можно мастерить модели и чинить скафандры, лет двадцать как миновала.

Вы не поверите, но мой отец буквально вчера обсуждал со мной возможность снять гаражное помещение, чтобы устроить там мастерскую.=) Так что даже архаичные тексты всё равно могут отзываться в душе.
Мы ведь многие фантастические произведения читаем с поправкой на временные реалии. Я, кстати, если тексты песен пишу, то предпочитаю избегать явных временных маркеров.

Прекрасно, уважаемый! Вам бы литературу моим детям преподавать, прям готовые уроки для старшеклассников.

Было такое сообщество https://ru-scificrafts.livejournal.com, ныне не подающее признаков жизни, увы, в которое я одно время порывался сделать подборку разных скафандров из книг, фильмов etc. Пост должен был называться именно Have spacesuit, will travel ) Но увы, так до него дело и не дошло.


А жаль.


Помню его.Там были симпатичные штуки.

>И Мамми:

Читал давно, в детстве, но вроде бы Мамми была пирамидкой, нет?

Вспомнил только одну Мамми-пирамидку. Это был рассказ про младенца, которого вывернуло в четырёхмерном пространстве. Родители, обдумав, отправились за ним - и превратились в пирамидку и цилиндр.

В моем детстве Мамми была Материня)). А Пиви- Крошкой.


"Крошка" мне даже нравится. А вот "материня", по-моему, ужасное слово :)

  • 1