swgold (swgold) wrote,
swgold
swgold

Categories:

Космический Кадет: Бомбардир из поднебесья. Часть 0. Предыстория (окончание)

все картинки кликабельны



А теперь немного о событиях, которые произошли после выхода романа из печати. Фоном к ним как нельзя лучше подойдёт The Technicolors - «Space Cadet»:





0.4.Не слишком радостный приём…



Алиса Далглиш была недовольна рукописью. Её не устраивали слишком тусклые характеры и обилие технического бэкграунда. Хотя её помощница, Виктория Фаулер, нашла книгу очаровательной, Алиса сделала несколько замечаний. Недоволен был и редактор журнала «Boys’ Life», Ирвинг Крамп. Он по-прежнему страстно желал печатать Хайнлайна, но его категорически не устроила сцена распития коктейлей в баре на станции. Бойскауты и алкоголь были несовместимы. Из-за этой сцены романа Хайнлайн лишился верных 1000 $ за журнальную публикацию и теперь смотрел на перспективы печати у Крампа без особого энтузиазма. Осенью 1948 года писатель снова был в Голливуде, там его и нашли шесть авторских экземпляров «Космического Кадета».

Фэндом встретил «Кадета» столь же прохладно, как и «Галилея».  Отклики в фэнзинах были, в основном, отрицательными. Студенты и инженеры чувствовали себя обманутыми, не находя в новых текстах писателя ни оригинальных фантдопущений, ни захватывающих сюжетов. Форрест Аккерман прислал Хайнлайну негативный отзыв писателя Роберта Блоха, который, похоже, вообще не понял, о чём эта история. К сожалению, отзыв был напечатан в каком-то фэнзине, поэтому у меня не было возможности его прочитать. А сам Форрест  обвинял писателя в том, что своими новыми вещами для детей и рассказами, опубликованными в глянцевых журналах, он не только не приближает космические полёты, но загоняет их в ещё более отдалённую перспективу.

00-04-1.jpg
Форрест Аккерман



Естественно, в ответ на подобную критику Боб мог только разозлиться:

Чёрт, вы же должны понимать, что вещи, которые покупает «Astounding», невозможно было продать в SEP [журнал Saturday Evening Post], что этими вещами я познакомил с космосом больше людей, чем любой другой писатель, за исключением Герберта Уэллса и Жюля Верна – больше, чем все ныне живущие писатели, вместе взятые…  Я стал известен широкой публике только как автор, пишущий о полётах в космос, и это произошло потому, что я рассказывал им о космосе в той, форме, которая им была понятна, и заставил их верить моим словам. Вы бы так же стали критиковать меня, за то, что я кормлю детей кукурузными хлопьями, а не здоровенными непрожаренными бифштексами?

При этом обзоры, опубликованные в коммерческих фантастических журналах типа «Astounding», «Startling Stories» или «Other Worlds» были сплошь комплиментарные:

Поколение назад читатели научной фантастики требовали тщательной детализации в этих историях. Мы хотели, чтобы нам рассказали, на что похож космос, как он выглядит, и что происходит с нашими внутренностями, когда наступает невесомость или ускорение добавляет несколько «же»…
Постепенно ощущение новизны притупилось, мы видели, что писатели всё больше и больше начали увлекаться фантазиями… Однако нет такой старой формулы, в которую хороший писатель не может вдохнуть новую жизнь, и этого с большим успехом добился Роберт Хайнлайн в своём «Космическом кадете»… (P. Schuyler Miller «Astounding Science Fiction», май 1949.)

Этот восторженный тон неудивителен, ведь в те времена, как и сейчас, подобные обзоры  были просто ещё одним сортом рекламных объявлений. Любопытно, что во всех трёх упомянутых обзорах авторы подчёркивали, что «Кадет» предназначен для более взрослых читателей, чем «Галилей». Это было попыткой снизить мощный негатив, вызванный в фэндоме первой книгой скрибнеровского цикла Хайнлайна. Всё-таки конец сороковых – совсем иная эпоха, и слово «дерьмо» критики старались не употреблять. Вместо этого они писали «слишком детский». Слишком детский сюжет, слишком детские характеры, слишком детский роман.

Корпус фантастической критики в те годы ещё только начал складываться, критики не получали рассылок от издателей, они были обычными читателями или писателями, членами фан-тусовки без привилегий и образования. Единственной площадкой фант-критики были фэнзины: любительская критика в любительских изданиях. И вся эта критика на первые два скрибнеровских романа была полна негатива. В конце сороковых Хайнлайн начал чувствовать смутное раздражение от фэнов, фэндома, да и от некоторых коллег-фантастов, подрабатывающих на общественных началах в качестве критиков.

И ещё одна проблема, которая в те дни краешком замаячила на его горизонте. Она выглядела то ли как досадный курьёз, то ли как следствие его бешеной писательской популярности: его родственники, знакомые и его читатели – все, как один жаловались, что не могут купить «Кадета» ни в одном книжном магазине, все экземпляры распроданы. Наверное, стоит упомянуть, что это происходило не в Советском Союзе, и книжный дефицит в условиях развитого капитализма выглядел… странно. Весь тираж «Кадета», вышедший в августе, был реализован в течение двух недель. В сентябре со складов ушли последние остатки. Хайнлайн не уделил тогда этому серьёзного внимания: он задал вопрос Алисе Далглиш, узнал, что тираж действительно быстро разошёлся, пожал плечами и выкинул этот случай из головы. В конце концов, подобная ситуация была и с «Ракетным кораблём «Галилео». О причинах книжного дефицита и о том, как эти причины скажутся непосредственно на нём самом, он не задумывался, пока не случились неприятности. Но это произошло много позже.

0.5.…И куда более радужная перспектива

Несмотря на отношение фэнов и фэнзинов, продажи «Кадета» успешно продолжались – уже помимо издательства «Скрибнер». В 1949 году Лертон Блассингэйм заключил контракты с итальянской «Bompiani» и голландским «J.W.Eides Forlag», чуть позже подсуетились немцы и финны. Обложки этих изданий вы увидите в обзоре иллюстраций, а пока стоит принять во внимание, что сам Хайнлайн к иностранным продажам поначалу относился как к какому-то маленькому, чисто символическому бонусу. Зарубежные права на романы Хайнлайна не уходили веером в десятки издательств, это был довольно длительный, растянутый во времени процесс. Роман вышел в Америке в 1947-м, а контракт с датским издательством, например, Блассингэйм заключил только через десять лет, в 1957 году. Поэтому на писателя не обрушивался единомоментный водопад денег, чеки приходили время от времени, но всё более и более мощным потоком. Отчасти это заслуга Лертона Блассингэйма, который умел находить нужных людей. Отчасти – самого автора, о чем литагент не забывал регулярно повторять Хайнлайну:

26 февраля 1959: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Очень немногие авторы продаются в столь многих странах, как Вы. В каждой стране я стараюсь составить рейтинг наиболее результативных агентов, я начинаю с ними работать во время визитов их издателей в Нью-Йорк, а через них стараюсь помочь нашим представителям в странах, откуда прибыли эти издатели. Но, как и у нас, во всех других странах решающим фактором является качество произведения. Высокое качество ваших историй сделало их настолько популярными. По счастью, Вы пишете о вещах, которые представляют интерес во всём мире. Мы испытывали бы большие трудности со сбытом ваших историй, несмотря на их качество, если бы Вы писали о бейсболе или о футболе.

Но, помимо переизданий и зарубежных публикаций роман «Космический кадет» обладал ещё немалым дополнительным коммерческим потенциалом, правда, ни Роберт Хайнлайн, ни Лертон Блассингэйм не сумели его вовремя разглядеть.

0.6.Том Корбетт



21 июля 1949 года, рекламная фирма «Kenyon & Eckard» организовала опцион для своего клиента «Rockhill Radio» на телевизионный сериал на базе романа «Космический Кадет». Опционный контракт, если не углубляться в детали – распространённая в творческой среде форма договора, по которой автор бесплатно предоставляет своё произведение для создания сценария фильма или постановки, а какие-то деньги получает только после продажи сценария продюсеру или после выхода программы в эфир – в виде доли в прибыли или фиксированной суммы. Разумеется, слово «бесплатно» немедленно повергло Хайнлайна в ступор. Он поискал глазами свой «Ремингтон», не нашёл его, и двумя короткими словами отказал гг. Кеньону и Эркарду в опционе. Гг. Кеньон и Эркард, вместо того, чтобы повернуться и очистить помещение, широко улыбнулись (они были прожжённые дельцы, и не таких видали) и предложили писателю продать права на словосочетание «космический кадет». За это фирма обязалась осыпать автора золотым дождём на сумму 50$ еженедельно – пока телешоу выходит в эфир.

Тут надо сказать, что Хайнлайн вовсе не был монополистом или первооткрывателем столь выгодного словосочетания, как «Space Cadet». В январе 1946 года в редакцию радио поступил сценарий Джозефа Грина под названием «Том Рейнджер и Космические Кадеты». Но Хайнлайн успел напечатать свой роман, а Джозеф Грин выпустить в эфир свою постановку не успел – поэтому в итоге пятьдесят баксов раз в неделю платили Бобу, а не Джозефу.

В тот момент, когда «Kenyon & Eckard» озвучили своё предложение, ни Хайнлайн, ни Блассингэйм не видели ни «Светлячка», ни «Игры престолов». Единственным примером фантастического сериала, который они видели, была экранизация комикса «Бак-Мать-Его-Роджерс в каком-то там веке». Боб презирал «Роджерса» во всех его проявлениях, а Лертон и вовсе получил классическое образование, поэтому они переглянулись, и сказали рекламщикам: «ага». Опыт Хайнлайна показывал, что 99% подобных предварительных соглашений ни к чему в итоге не приводят. А в этом варианте ему даже не приходилось ничего писать. Это было во всех смыслах выгодное предложение.

И тут он ошибся. В отличие от десятков предыдущих неудачников, «Kenyon & Eckard» занимались только реальными вещами. Они быстро нашли подходящий сценарий. Героя там звали Крис Колби, но его быстренько зачеркнули карандашом и вывели на титульном листе «Том Корбетт – Космический Кадет». А потом дали отмашку спонсору, которого тайно держали наготове – до оформления всех бумаг. И второго октября 1950 года шоу пошло в эфир. Пятнадцатиминутными эпизодами три раза в неделю.

00-06-2.jpg


Вы можете полюбоваться на тюбике одной из серий СК https://www.youtube.com/watch?v=mooHeDR08zk

Или отрывком из первой https://www.youtube.com/watch?v=WsmIB5KH0O8

Хайнлайн не увидел ни одной серии «Тома Корбетта», когда они вышли в эфир – они с Джинни были заняты строительством своего дома, и жили в довольно спартанских условиях, так что Хайнлайн попросил режиссёра прислать ему хотя бы сценарии эпизодов. В январе 1951 года он получил дюжину файлов, прочитал их – и пришёл в ужас:

5 января 1951: Роберт Э. Хайнлайн – Алисе Далглиш
Шоу настолько идиотское, мотивации и подразумеваемые этические нормы героев, настолько фальшивые, что я не могу себе представить, чтобы я по какой-либо причине захотел бы, чтобы моё имя упоминали в связи с этим шоу. Я очень доволен тем, что получил свои тридцать сребреников и остался неизвестным.

5 января 1951: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму
Я написал мисс Далглиш о телевизионных сценариях. Вы читали их? Если да, то Вы знаете, насколько они плохи. Я не хочу фигурировать в титрах этого шоу (как бы я ни ценил чеки за роялти!) и я имею все основания быть уверенным, что такой уравновешенный, солидный дом как «Scribner» будет чувствовать то же самое. Это просто адаптированная для детей мыльная опера.

Свои сребреники в размере 50$ Хайнлайн получал еженедельно, пока шёл сериал, и думал, что остался не в накладе. На роялти с «Тома Корбетта» он с Джинни смог прожить почти год, и это было очень кстати. Однако сериал был всего лишь предвестником. «Том Корбетт» стал ядром одной из самых успешных франшиз 50-х годов. В апреле 1951 начал выходить комикс «Том Корбетт Космический Кадет», затем продюсеры запустили целую линейку товаров под лейблом «Космический кадет», гермошлемы, скафандры, лучевые пистолеты, игрушки «уйди-уйди» и тому подобное. Дети по всей стране внезапно посходили с ума и потребовали купить им стеклянную банку на голову.

00-06-3.jpg


Ну и разные другие предметы первой необходимости:

00-06-4.jpg


Ланчбокс

00-06-4A.jpg


Мыло

00-06-4B.jpg


Значки, нашивки и перочинный ножик

00-06-4C.jpg


И, разумеется, Космический Пистолет.

25 июля 1951: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну
А ещё я слышал, что эти шлемы народ раскупает как безумный. В Лос-Анджелесе магазины охраняет полиция, дети выстраиваются в очереди длиной в квартал. Как жаль, что мы не придержали эти права у себя, или, по крайней мере, не потребовали за них больше бабла.

Сам Хайнлайн отнёсся к упущенной выгоде с философским смирением:

7 апреля 1951: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму
Что касается коммерческих прав, то деньги вещь относительная. Я помню, было время, когда я удавился бы ради пятидесяти центов – тогда я был полностью на мели, нищий и голодный. Я помню, ещё случай, когда я заложил своё (священное!) кольцо выпускника Аннаполиса за семь долларов. В тот момент, когда они заплатили мне за коммерческие права, их деньги стали выкупом, который вытащил меня из весьма неприятной финансовой дыры. Сам я нисколько об этом не жалею, но это, конечно, не справедливо по отношению к вам, если смотреть в долгосрочной перспективе.

30 сентября 1952 года Келлог прекратил спонсировать телесериал про Тома Корбетта и вереница еженедельных чеков временно прекратилась. Но продюсеры продолжали рыть землю, и сериал, в конце концов, возобновился. Он несколько раз менял студии, спонсоров и формат выхода, канал CBS сменил ABC, потом NBC, но сериал упорно продолжал выходить, вплоть до 1956 года.

Юридически непризнанный первооткрыватель «космических кадетов» Джозеф Грин, хотя и не получал 50$ в неделю, тоже не был обижен судьбой. Он заменил имя героя свой пьесы с Тома Рейнджера на Тома Корбетта, кое-что подрихтовал, и радио Rockhill запустило программу в эфир. Радиопостановки выходили шесть месяцев, а затем прекратились, но идеи Грина продолжали жить и легли в основу многих эпизодов телесериала. Есть подозрение (история тёмная, но поклонники продолжают рыть землю), что Джозеф Грин приложил руку и к книжному воплощению Тома Корбетта, которое выходило в издательстве «Grosset&Dunlop». По какому-то совпадению Грин работал редактором в этом самом издательстве. Научным консультантом всех восьми выпущенных книг стал давний друг Роберта Хайнлайна, ракетчик Вилли Лей.

00-06-5.jpg
1953, «Grosset&Dunlop». Художник Louis Glanzman.



В 1954 году, путешествуя вокруг света, Хайнлайны посетили Сингапур, где остановились в отеле «Раффлз» (путевые заметки об этом путешествии черепашьими темпами переводятся на русский и выкладываются на Самиздат, главу про Сингапур я уже перевёл). В лавке сувениров в холле отеля Хайнлайн с удивлением обнаружил тоненькие книжечки издательства «Dell» с надписью «Том Корбетт» на титульном листе.

00-06-6C.jpg00-06-6B.jpg
00-06-6A.jpg00-06-6.jpg

Эта серия комиксов выходила в 1952 – 1955 годах, всего вышло 14 книг, но Тома Корбетта рисовал ещё и Рэй Бейли для последней полосы газеты «Chicago Sun».

00-06-8.jpg

Как ни печально, но всё это были объекты вторичного права, с которых Хайнлайн не получал ни цента.

А ещё были настольные игры, открытки, диски, песни и поп-группы.

00-06-9.jpg

Оркестр «Space Cadet Marching Band» выпустил пластинку с песнями о приключениях Тома Корбетта, а тридцать лет спустя по космическим кадетам прошлась своей бас-гитарой Suzi Quatro:

И только фильма по «Космическому кадету» не было снято ни одного.

0.7.От пафоса к иронии

Надеюсь теперь вам понятно, что «Kenyon & Eckard» не зря обхаживали писателя по поводу прав на словосочетание «Space Cadet». Слова оказались золотыми, а бум вокруг «Тома Корбетта» поспособствовал тому, что понятие «космический кадет» прочно засело в американской национальной культуре. Правда, смысл этих слов с годами менялся. От пафосного «космонавта-стажёра» в 50-х он плавно продрейфовал к «энтузиасту космических полётов» в 60-х, а десятилетие спустя «space cadet» употреблялось уже только как обозначение человека, напрочь оторванного от реальности.

00-07-1.jpg


И когда Роджер Уотерс пишет в песне «In the Flesh» с альбома Pink Floyd «The Wall» слова:

So ya
Thought ya
Might like to go to the show
To feel the warm thrill of confusion
That space cadet glow

он вовсе не имеет в виду фаната космических путешествий.

И когда в мультсериале «Гриффины» появляется эпизод под названием «Space Cadet», можно не сомневаться, что в название заложена изрядная доля иронии.

00-07-2.jpg


Нынешнее значение слов «space cadet» окончательно оторвалось от космических и иных первоначальных коннотаций и обозначает придурка, вечного лузера, витающего в облаках. И когда вымрет поколение, отстоявшее в пятидесятых часовую очередь за атомным пистолетом и стеклянной банкой на голову, слова «space cadet» окончательно перестанут кем-то восприниматься, как символ героя и победителя.

И тут фоном под настроение должна бы зазвучать «Прощай, жёлтая кирпичная дорога» Элтона Джона, но в космосе нет мощёных дорог, да и песни в безвоздушном пространстве как-то не звучат.



На этом скупые и скушные факты заканчиваются, и начинаются весёлые картинки.

Продолжение следует.



.

Часть 0. Предыстория (начало)

Часть 0. Предыстория (окончание) - You are here

Часть 1. Клиф и Каморали

Часть 2. Ракурсы и дюзы

Часть 3. Кадеты и верёвочка

Часть 4. Джунгли и болота

.
Tags: Хайнлайн, картинки, литературовиденье
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments